CqQRcNeHAv

Иммунология и аллергология. Иммунологические и аллергологические исследования

Для установления роли биологически активных веществ в патогенезе нейродермита мы провели исследование патохимической фазы аллергических реакций. Это позволило также оценить состояние вегетативной нервной системы.

Общий комплемент сыворотки (ОКС) является важным показателем состояния неспецифических факторов защиты организма. Он принимает участие в различных реакциях организма, необходим для бактерицидного и гемолитического действия иммунных антител; доказана его роль при анафилактоидных состояниях. Резко снижается уровень этого показателя в период блокады ретикуло-эндотслиальной системы. С участием комплемента протекают аллергические и анафилактический реакции (Л. С. Резникова, 1967).

При изучении ОКС в динамике у 62 больных нейродермитом выявлена его тенденция к повышению после успешно проведенного лечения и стойко определявшееся снижение при тяжелых формах заболевания. Мы провели у больных нейродермитом одновременные исследования (при одном заборе крови) ОКС, АСЛ-0 и РСК с тканевыми антигенами и дали сравнительную оценку влияния на состояние ОКС титра АСЛ-О. Кроме этого, проанализировали зависимость между ОКС и уровнем иммунных антител, выявляемых с помощью реакции связывания комплемента с тканевыми антигенами.

При обследовании 70 больных ОКС и АСЛ-0 у 42 оказались нормальными, у 25 ОКС был патологически изменен, АСЛ-0 оставался нормальным. У 3 лиц наблюдалось сочетанное снижение титра общего комплемента сыворотки и повышение титра АСЛ-О. Кроме того, у 28 человек были исследованы ОКС и РСК с кожным антигеном, у 30 — ОКС и РСК с сосудистым антигеном. При сопоставлении результатов выявлено сочетание нормального комплемента в сыворотке и отрицательных показателей РСК с кожным антигеном у 11 лиц, у 13 — один из показателей был изменен, другой — нормальный и у 4 определялось сочетанное снижение ОКС и положительных РСК.

При сравнении титра ОКС и РСК с сосудистым антигеном выявлены нормальный титр комплемента сыворотки и отрицательные РСК У 16 больных, расхождение результатов реакций (при патологическом результате в одной из них) -у 9 и одновременное снижение титра ОКС и положительных реакций связывания комплемента — у 5. Нередко при снижении титра комплемента наблюдались положительные результаты РСК с тканевыми антигенами либо высоким титром АСЛ-О. Можно полагать, что снижение естественной резистентности организма больных нейродермитом часто развивалось при высоком содержании антител к соединительной ткани либо к стрептококку. Такие исследования позволили нам выявить у 24% больных нейродермитом снижение неспецифических факторов защиты организма и вскрыть некоторые механизмы его развития. Кроме того, установлено, что общий комплемент сыворотки крови имеет прогностическое значение.

Наши результаты согласуются с наблюдениями В. А. Петрова и В. С. Макарова (1971), которые отметили снижение уровня комплемента у 31% больных нейродермитом, преимущественно в острый период заболевания. В случае неэффективности лечения титр комплемента был постоянно снижен.

При исследовании содержания комплементов С3- и С4-систем у больных нейродермитом, проведенном V. Kikindjaninu соавторами (1978), выявлено некоторое повышение количества С3 и снижение C4. Первое обусловлено, по их мнению, повышением синтеза комплемента, второе — повышенным отложением его в коже и повышенным распадом.

Ю. К. Скрипкин и Б. А. Сомов (1969), А. А. Студницин и соавторы (1970) также наблюдали снижение показателей естественной резистентности организма. Ю. К. Скрипкин и соавторы (1971), В. М. Христкж (1971) выявили снижение титра комплемента у 15 из 76 детей, фагоцитарной активности лейкоцитов — у 37 из 67. Наиболее низкое содержание лизоцима отмечалось при обострении. Степень нарушения неспецифических факторов защиты организма зависела от распространенности, остроты и длительности течения дерматоза.

В настоящее время причиной выработки аутоантител считают хронические очаги инфекции: в большей степени стрептококковой и в меньшей — стафилококковой (В. А. Гребенников, В. Т. Горбатенко, 1973). Мы считаем важным в процессе иммунологических исследований определять титр антистрептолизина-0 (АСЛ-О).

Совместно с В. Т. Горбатенко мы определяли титр АСЛ-0 с помощью официально утвержденного метода с оценкой результатов по степени задержки гемолиза эритроцитов. Нормальным титром АСЛ-0 считали 250 ед. в 1 мл сыворотки и меньше. АСЛ-0 мы чаще исследовали у больных, в анамнезе которых отмечались воспалительные заболевания миндалин, зубов, ушей, печени и желчных путей и др.

Титр АСЛ-0 исследован нами у 64 больных нейродермитом, из них у 12 в динамике (78 раз). Повышение этого показателя наблюдали у 11 больных в пределах 313-625 ед., при среднем (500,1±34,2) ед. У 10 больных с повышенным титром АСЛ-0 отмечался острый либо стационарный период нейродермита, а у 1 больного с титром АСЛ-0 313 ед. наблюдалось улучшение. У 6 больных удалось выявить очаги хронической стрептококковой инфекции, у 4 — хронический холецистит и холангит, у 2 — хронический тонзиллит, у 4 — кариес. При обострении заболевания наблюдалось повышение лейкоцитоза, СОЭ. У 4 больных при наибольшем обострении дерматоза появилась гнойничковая сыпь по типу стрептодермии, у 2 больных к этому присоединилась ангина.

Таким образом, у 6 из 11 больных с повышенным титром АСЛ-0 выявлялись очаги хронической стрептококковой инфекции, оказывавшей существенное влияние на течение нейродермита. У 5 больных с высоким титром АСЛ-0 нам не удалось установить хронических воспалительных очагов в организме. После санации очагов хронической инфекции и антимикробной терапии (антибиотики широкого спектра действия либо сульфадимезин) нейродермит стал менее выраженным. У 8 больных при этом снизился титр АСЛ-О. Повышенный титр АСЛ-0 принято расценивать как показатель стрептококковой инфекции. Определение его дает представление об уровне антител против антигенных и ферментативно-токсических субстанций стрептококка.

Совместно с В. Т. Горбатенко мы провели сравнительное изучение содержания гуморальных аутоантител к коже и сосудистой стенке у больных нейродермитом и у здоровых с помощью реакции связывания комплемента на холоде. В качестве антигена использовали экстракты кожи и сосудов небольшого калибра практически здорового человека. Реакция связывания комплемента с кожным антигеном была поставлена у 27 больных и с сосудистым антигеном — у 26. Реакции с обоими антигенами провели у каждого больного. Для сравнения РСК с кожным антигеном была поставлена у 28 доноров. Из них положительные реакции наблюдались у 18. Средняя интенсивность реакции составила 0,36+0,15 (оценка по четырехбалльной системе). В качестве контроля РСК с сосудистым антигеном использовали результаты, полученные В. В. Кулагой и соавторами (1971), которые наблюдали положительные реакции у 5 здоровых из 19 (средняя интенсивность реакции — 0,21 + ±0,21).

У больных нейродермитом в острый и стационарный периоды положительные результаты РСК с кожным антигеном выявлялись значительно чаще, чем у здоровых (54%), а их средняя интенсивность превышала показатель у здоровых (1,96+0,40; Р<0,01). При значительном улучшении и клиническом выздоровлении положительные РСК с кожным антигеном продолжали выявляться несколько чаще в сравнении со здоровыми (40 %), а интенсивность их была несколько выше (1,20+ ±0,56), однако различие статистически недостоверно.

Аналогичные закономерности наблюдались при исследовании РСК с сосудистым антигеном. В период обострения и дальнейшего течения нейродермита положительная РСК с сосудистым антигеном отмечена в 50% случаев, а средняя интенсивность ее была более выраженной, чем у здоровых (1,75±0,36; Р<0,01). В период значительного улучшения и клинического выздоровления больных положительные результаты РСК выявлялись в 33% случаев, а средняя интенсивность реакции статистически не отличалась от таковой у здоровых (1,25±0,56; Р>0,05). У здоровых лиц наблюдались лишь слабо положительные реакции с кожным и сосудистым антигенами, в то время как у больных с выраженными клиническими проявлениями нейродермита часто наблюдались резко положительные РСК с высоким титром (1: 10-1: 40). Из 36 больных у 24 (66,6±7,8 %) показатели РСК с обоими антигенами были одинаковы, у 12 (33,3±7,8 %) существенно отличались

Таким образом, нам удалось выявить у больных нейродермитом высокое содержание в сыворотке аутоантител при обострении и в стационарный период. Особого внимания заслуживает то обстоятельство, что в сыворотке крови больных приблизительно одинаково часто определялись аутоантитела к коже и сосудам, которое мы объясняем повышенным накоплением аутоаитител к соединительной ткани, являющейся общей составной частью кожи и стенок сосудов.

Наши результаты по частоте выявления аутоантител к соединительной ткани кожи и сосудов у больных нейродермитом в период обострения соответствуют данным Ю. С. Бутова (1968, 1969), отметившего положительные результаты пробы Кумбса до лечения у 50% больных. Тканевой аллергический процесс в коже протекает не изолированно. При изменении реактивности организма значительно изменяются физико-химические и иммунобиологических свойства форменных элементов белой крови. Ю. А. Родин (1971) показал, что в период генерализации кожных высыпаний происходит повышение фагоцитарной активности лейкоцитов, проявляющееся феноменом лейкергии или спонтанной агломерации. Предполагается, что эта реакция развивается в связи с формированием в клетках структурных или клеточных антител (фактор переноса).

Изменение физико-химических и иммунобиологических свойств форменных элементов крови при аллергических реакциях замедленного типа послужило поводом исследовать реакцию агломерации лейкоцитов (РАЛ) при нейродермите с применением кожного и сосудистого антигенов по методу Флека, видоизмененному А. Н. Мац. РАЛ с кожным антигеном поставлена у 15 больных и у 10 здоровых, а с сосудистым антигеном — у 12 больных и 5 здоровых. Оценка результатов производилась путем подсчета агломерировавших и не склеившихся лейкоцитов.

Показатель РАЛ с кожным антигеном у всех здоровых был отрицательным и составил (1,2±0,7) % (рис. 1). У 7 из 12 больных нейродермитом в острый и стационарный периоды наблюдались положительные реакции агломерации — в среднем (28,8±7,7) %; (Р<0,01). У некоторых больных при обострении РАЛ оказалась отрицательной, однако выявлялась спонтанная лейкергия по Флеку. Так, у больного В., 63 лет, в период обострения нейродермита РАЛ с кожным и сосудистым антигенами оказалась отрицательной (процент склеившихся лейкоцитов в опыте с кожным антигеном составил 33%, с сосудистым-35%, однако в контроле показатель спонтанной лейкергии по Флеку составил, 50%. В период улучшения и клинического выздоровления в различной степени положительная РАЛ с кожным антигеном выявлялась реже (43 %) и в среднем не отличалась от таковой у здоровых (22,4± ±11,1) %; (Р>0,05).

Аналогичные результаты мы наблюдали при изучении РАЛ с помощью сосудистого антигена. В острый и стационарный периоды нейродермита положительная РАЛ наблюдалась у 80% больных, при, улучшении и клиническом выздоровлении — у 50%, В острый и стационарный периоды показатель РАЛ превышал норму (42,2±7,6) %; (Р<0,01), а у здоровых он составлял (6,5±2,5) %. В период улучшения и клинического выздоровления мы не отмечали достоверного изменения РАЛ с сосудистым антигеном (38,6± 14,9) %; (Р>0,05).

Исследования реакции агломерации лейкоцитов с тканевыми антигенами позволили выявить у больных нейродермитом в острый и стационарный периоды специфически реагировавшие с кожными сосудистыми антигенами лимфоциты и нейтрофильные гранулоциты.

Аллергический патогенез нейродермита подтверждают исследования протеинограмм сывороток крови, динамики гликопротеидов и С-реактивного протеина. Эти показатели мы определяли с помощью общепринятых методов. Белковые фракции сыворотки крови исследованы у 13 больных нейродермитом, С-реактивный протеин (С-РБ) — у 18, дифениламиновая проба поставлена у 22 больных. Полученные результаты сравнивали с таковыми у здоровых по К. С. Сулейманову (1963), Р. Г. Гаджиеву и М. М. Даватдаровой (1967).

В острый и стационарный периоды нейродермита в сыворотке крови снижалось содержание бета-глобулиновой фракции до (10,47±0,95) %; (Р<0,01) и повышалось содержание гамма-глобулинов-(20,98±1,83) % (Р<0,01). При улучшении и клиническом выздоровлении эти показатели сохранялись соответственно (11,32±1,16) % (Р<0,01) и (15,38±1,02) % (Р<0,05). При обострении и в стационарный период содержание гамма-глобулинов было выше (Р<0,05), чем при улучшении и клиническом выздоровлении. Таким образом, у больных нейродермитом выявлена значительно выраженная диспротеинемия.

По современным представлениям, особенности белкового спектра крови не имеют диагностического значения, однако анализ белковых фракций сыворотки крови позволяет судить об общем состоянии больного и тяжести кожного процесса. Установлено, что антитела относятся к глобулиновой фракции белков, и иммунологические сдвиги в организме обязательно отражаются на протеинограммах (Г. Э. Шинский, 1981).

Принято считать, что повышенное накопление в сыворотке крови гамма-глобулинов отражают процессы иммуногенеза. Основанием для этого служат часто определяемые в острый и стационарный периоды нейродермита гуморальные аутоантитела, а также повышенные показатели титра АСЛ-О.

В крови больных при заболеваниях, в основе которых лежит деструкция соединительной ткани, происходит накопление мукопротеидов, обнаруживающихся с помощью реакции сыворотки с дифениламином. По мнению В. Н. Дзяка (1966), существует зависимость этой реакции от выраженности аллергического компонента. Динамика дифениламиновой пробы (ДФП) отражает колебания концентрации в крови гликопротеидов, связанных главным образом с а-глобулинами. Показатель дифениламиновой пробы свидетельствует о сложных биохимических изменениях, происходящих в соединительной ткани (Э. Г. Ларский, 1957). Нормальным показателем ДФП В. Н. Дзяк считает 0,229±0,026, повышенным — 0,300 и более. Дифениламиновая проба была проведена у 16 больных, которая в период обострения и стационарного течения нейродермита оказалась у 9 человек выше 0,300 и у 5 — более 0,350. При улучшении и клиническом выздоровлении показатели ДФП чаще были в пределах нормы. Таким образом, в острый и стационарный периоды ДФП часто была значительно повышена (0,322±0,021; Р<0,01).

С-реактивный протеин представляет собой термостабильное белковое вещество и обнаруживается в сыворотке крови больных при различных воспалительных и некротических процессах. Он относится к гамма-глобулиновой фракции. Появление С-реактивного протеина бывает больше связано с воспалительными, чем с некротическими процессами (К. М. Розенталь, А. Ф. Романов, 1963). Этот тест более точно отражает тяжесть заболевания, чем содержание лейкоцитов и СОЭ (10. 3. Бережной, 1965; В. К. Ткачук, 1965). При изучении неспецифической аллергической настроенности организма С-реактивный протеин был выявлен в острый и стационарный периоды у 6 из 18 больных. Биологически активные вещества (ацетилхолин, катехоламины, ги-стамин, серотонин, брадикинин и др.) выполняют важную роль в развитии воспаления кожи, а также в механизмах аллергических реакций. Между степенью сенсибилизации организма и состоянием вегетативной нервной системы установлена тесная связь. По мнению А. Д. Сперанского (1930), аллергическую реакцию следует рассматривать как нейро-дистрофический процесс, связанный с нарушением функции высших вегетативных центров. При аллергии центральная вегетативная нервная система является объектом действия аллергенов. В начальной стадии аллергии сенсибилизация распространяется на симпатическую часть вегетативной нервной системы, а позднее захватывает структуры с холинергической иннервацией (А. Д. Адо, 1958). При исследовании экстрактов, приготовленных из кожи собак и кроликов, установлено, что зуд сопровождается снижением уровня ацетилхолина, повышением активности холинэстеразы и одновременным нарастанием количества симпатинов (А. А. Сайко, 1959). В зудящей коже кошек Е. И. Кричевская и соавторы (1951) отметили повышение уровня свободного ацетилхолина, и количество связанного ацетилхолина при этом уменьшалось. Такое явление можно объяснить изменением активности образующего ацетилхолин фермента — холинацетилазы.

Л. К. Малышев и Э, Г. Улумбеков (1967) проводили гистохимическое исследование нервных элементов кожи и активности холинэстеразы у больных с выраженным зудом при краурозе и лейкоплакии наружных женских половых органов. На ранних стадиях заболеваний активность холинэстеразы мало отличалась от таковой у здоровых женщин и была повышенной лишь в пластинчатых и половых тельцах и в нервных сплетениях стенок сосудов. Авторы связывают появление зуда с избыточным ростом безмиелиновых нервных волокон, не имеющих структурной (гиалиновый барьер) и химической (холинэстераза) защиты от деполяризующего действия ацетилхолина. Такие нарушения приводят к усилению импульсации в чувствительных нервных волокнах. Решающее значение в развитии зуда приобретает нарушение соотношения в системе ацетилхолин — холинэстераза.

Н. Laboritu P. Morand (1946) установили снижение активности холинэстеразы сыворотки при экссудативном диатезе и для обозначения этого заболевания ввели термин «гипохолинэстеразный диатез». С целью изучения системы ацетилхолин — холинэстераза у 184 детей, больных экссудативным диатезом, были определены содержание ацетилхолина в крови, активность ацетилхолинэстеразы и холинэстеразысыворотки крови (К. Е. Красноперова, 1967). При легких проявлениях экссудативного диатеза активность холинэстеразы существенно не изменилась, однако у всех больных постоянно определялся высокий уровень ацетилхолина в крови. Особенно стойко он сохранялся у больных с тяжелыми формами заболевания, что свидетельствует о сенсибилизации организма.

При распространенном нейродермите состояние системы ацетилхолин — холинэстераза изучено недостаточно. Первые обстоятельные исследования ее у больных зудящим дерматозом провел А. В. Логинов (1946). По данным В. П. Волкова (1963), при обострении нейродермита несколько повышено содержание ацетилхолина в крови, после лечения оно постепенно нормализуется.

И. В. Шуцкий (1963) у 4 больных нейродермитом и у 30 больных с кожным зудом определил активность холинэстеразы сыворотки крови, реактивность кожи на аппликации ацетилхолина, кожно-сосудистую реакцию на никотиновую кислоту, дермографические и пиломоторные реакции, гидрофильность кожи, артериальное давление на верхних и нижних конечностях. Холинэстеразная активность сыворотки крови оказалась сниженной более чем у половины больных, реакция кожи на аппликации ацетилхолина — у большинства больных, у 10 реакции полностЫЬ отсутствовали, что свидетельствует об угнетении холинергических процессов. Региональная гипертензия и асимметрия артериального давлений на нижних конечностях были зарегистрированы у 24 из 30 больных. При экземе содержание адреналина и норадреналина было снижено содержание ацетилхолина и активность холинэстеразы повышены.

У больных нейродермитом эти показатели оказались диаметрально противоположными. Такие колебания гуморальных факторов нервного возбуждения не могут быть поставлены в связь с этиологией и патогенезом нейродермита (О. В. Петрова, 1966). У 24 больных нейродермитом были исследованы содержание ацетилхолина и холинэстеразы крови и другие показатели состояния вегетативной нервной системы. Пото- и салоотделение у больных было сниженным, выявлялся стойкий белый дермографизм. Содержание ацетилхолина в крови у всех больных повышалось, а активность холинэстеразы оставалась нормальной. При клиническом улучшении выявлялись слабо выраженные изменения в соотношении содержания ацетилхолина и активности, холинэстеразы (Ю. Ф. Королев, 1967). Более значительные сдвиги активности холинэстеразы при нейродермите в сравнении с экземой отметили И. Я. Шахтмейстер и И. Л. Срибнер (1967). A. Scott (1962) с помощью спектрофотометрического метода установил, что при обострении нейродермита содержание ацетилхолина в пораженной, коже повышается в 15 раз по сравнению с нормой. И. В. Шуцкий (1968) выявил повышенное содержание ацетилхолина в диализатах кожи при универсальном кожном зуде до лечения, которое после лечения нормализовалось.

Приведенные данные свидетельствуют о большой разноречивости характера нарушений в системе ацетилхолин — холинэстераза и необходимости проведения комплексных исследований. Содержание ацетилхолина в крови мы определяли методом Корстена в модификации Хамитова (1965). Ацетилхолин крови исследован нами у 84 больных нейродермитом и у 70 здоровых. Установлено, что в патогенезе нейродермита определенную роль играют нарушения в системе ацетилхолин — холинэстераза. В период обострения наблюдалось состояние гуморальной декомпенсации, проявлявшееся значительным накоплением ацетилхолина в крови при низкой активности ацетилхолинэстеразы. Отклонения в системе ацетилхолин — холинэстераза имеют разное значение. Одни из них являются отражением «тканевых поломок», другие — защитно-приспособительными реакциями организма. Мы считаем, что в острый период заболевания патогенетическое значение имеет сочетание высокого уровня ацетилхолина в крови явившегося, по-видимому, результатом реализации аллергических и воспалительных реакций кожи, со сниженной активностью ацетилхолинэстеразы.

По нашему мнению, в стационарный период нормализация активности ацетилхолинэстеразы, а также повышенная активность холинэстеразы сыворотки крови и пораженной кожи представляют собой проявление защитно-компенсаторной реакции организма в связи со снижением содержания ацетилхолина в крови. Такая точка зрения подтверждается исследованиями В. В. Португалова и В. А. Яковлева (1953), по мнению которых важной функцией сывороточной холинэстеразы является предохранение организма от интоксикации ацетилхолином при избыточном его образовании.

В период улучшения и клинического выздоровления отмечалась нормализация компонентов системы ацетилхолин — холинэстераза и выявлялась только повышенная активность холинэстеразы пораженной кожи, что в стационарный период нейродермита мы расценивали как защитно-приспособительную реакцию организма в условиях высокого накопления ацетилхолина в крови. Сложно оценить значение роста холинэстеразной активности кожи в период клинического выздоровления. Ацетилхолин относится к группе тканевых веществ с выраженным сосудорасширяющим действием. Ряд авторов исследовали при нейродермите кожные пробы с этим веществом, чтобы оценить холинреактивные механизмы гладких мышц стенок сосудов кожи. И. В. Шуцкий (1963) изучал кожные реакции на аппликации ацетилхолина у 4 больных нейродермитом и у 30 с кожным зудом, у которых кожные сосудистые реакции оказались сниженными либо отсутствовали. При внутривенном введении 1% раствора никотиновой кислоты автор часто наблюдал запоздалые, быстро исчезающие кожно-сосудистые реакции.

Ю. Ф. Королев (1967) ставил при нейродермите внутрикожные пробы с прозерином и ацетилхолином и отмечал ослабленную реакцию. S. Borelliu соавторы (1967) выявили заметное ослабление эритемы при внутрикожном введении ацетилхолина, развивавшееся параллельно с клиническим улучшением. Т. Warndorff (1970) исследовал внутрикожные пробы с ацетилхолином у здоровых лиц и у больных атопическим дерматозом, бронхиальной астмой и неатопическим дерматозом. У больных атопическим дерматозом после введения ацетилхолина отмечалось повышение продуктивности потовых желез. Такой результат исследования дал основание автору предположить наличие дефекта вегетативной нервной системы при нейродермите. Медиатором парасимпатической части вегетативной нервной системы, согласно современным представлениям, кроме ацетилхолина является серотонин. Н. Gaddum, M. Vogt (1956), В. Brodieu P. Shore (1957) установили медиаторную роль серотонина в центральных парасимпатических синапсах головного мозга и показали функциональное значение двух медиаторов в парасимпатической части вегетативной нервной системы: периферического (ацетилхолина) и центрального (серотонина). Они отметили избирательное влияние серотонина на функцию центральных парасимпатических синапсов. При введении серотонина наблюдались понижение артериального давления, сужение зрачков, опущение век и другие изменения, развивающиеся при возбуждении парасимпатической части вегетативной нервной системы. Р. 10. Ильюченок и 10. Ф. Пастухов (1964) показали роль серотонина в деятельности стволовой формации и в механизмах активации корковой деятельности.

Мы установили, что при нейродермите нарушается обмен серотонина. У 53 больных и у 67 здоровых лиц были проведены кожные пробы. У 14 больных показатели их были изучены в динамике. Возраст больных колебался от 14 до 58 лет, а здоровых — от 20 до 33 лет. Серотонин-креатинина сульфат вводили внутрикожно в дозе 20 мкг jв 0,1 мл изотонического раствора натрия хлорида в переднюю область левого предплечья, а ацетилхолина хлорид — по 0,1 мл 0,2% раствора на дистиллированной воде в кожу передней области правого предплечья. Результаты проб учитывали по максимальной площади эритемы (в квадратных миллиметрах), развивавшейся через 5-30 мин после введения раствора ацетата больных и у лиц контрольной группы вычисляли показатель корригированной площади.

После внутрикожного введения серотонина у 36 здоровых лиц возникла эритема площадью (29,3 ±2,2) см2 (корригированная площадь — 22,1 ед.±3,1 ед.). У некоторых из них наблюдались легкий цианоз кожи предплечья, усиление потливости кожи ладоней, ощущение боли и сдав-ления в мышцах предплечья, парестезия в кончиках пальцев. Двум здоровым серотонин вводили внутрикожно в максимальной дозе — 1000 мкг. Через 3-5 с у них развилась эритема площадью 49,5 см2 и 40,5 см2 (корригированная площадь — соответственно 49,5 сд. и 40,5 ед.). При этом отмечалась выраженная боль в мышцах передней поверхности предплечья, иррадиирующая в левую половину туловища. С ослаблением боли развивалась слабость в мышцах кисти, продолжавшаяся 30-60 мин. При внутрикожном введении раствора ацетилхолина у 24 здоровых лиц образовывались волдыри площадью (0,95±0,14) см2 перламутрово-желтоватого или розоватого цвета с формированием вокруг участка сплошной эритемы, составившей в среднем (19,7±2,1) см2 (корригированная площадь эритемы— (15,5±4,1) ед. Вокруг участка сплошной эритемы нередко возникали мелкие розеолезные высыпания. Следует отметить, что более часто возникала значительная по площади эритема с выраженной гиперемией после внутрикожного введения серотонина и ацетилхолина у здоровых лиц с розово-красным цветом лица.

Кожные сосудистые реакции с серотонином в стадии обострения нейродермита оказались ослабленными-(17,2±2,2) см2 (Р<0,01); корригированная площадь- (7,8±2,9) ед. (Р<0,01). В стационарно-регрессивной стадии дерматоза они становились еще менее выраженными — (10,2±1,3) см2 (Р<0,01); корригированная площадь — (4,5± 1,0) ед. (Р<0,01). У больных ограниченным нейродермитом также наблюдались ослабленные кожные реакции на серотонин, однако степень достоверности была ниже-(22,5±2,4) см2 (Р<0,05; корригированная площадь — (14,3±4,5) ед.).

Анализ результатов кожных проб с серотонином свидетельствует о значительном ослаблении сосудистых реакций кожи у больных нейродермитом. Менее выраженные сосудистые реакции кожи на серотонин при обострении в сравнении с периодом улучшения и клинического выздоровления, по-видимому, связаны со значительным увеличением эритемы и отечностью кожи, наблюдающимися в острой стадии.

После внутрикожного введения ацетилхолина больным в период обострения нейродермита наблюдалось ослабление сосудистой реакции кожи — (12,3±2,4) см2. (Р<0,05; корригированная площадь — (6,8±2,2) ед.), которое в период регресса высыпаний и клинического выздоровления становилось более выраженным (9,5±1,5) см2 (Р<0,01; корригированная площадь — (7,3±2,7) ед.; Р<0,05). Результаты кожных проб с ацетилхолином по корригированной площади не отражают статистической достоверности, по-видимому, из-за недостаточного количества исследований, оцененных по методу G. A. Voisinu Н. Glenchur. Однако характеристика эритемы по корригированной площади также показывает тенденцию к ослаблению кожных сосудистых реакций у больных нейродермитом по сравнению со здоровыми лицами. Различие сосудистых реакций кожи на введение ацетилхолина у больных нейродермитом в период обострения и с наступлением стационарно-регрессивной стадии статистически недостоверно по оценке площади эритемы и корригированной площади.

При ограниченном нейродермите площадь эритемы, возникшей после введения ацетилхолина, не отличалась от аналогичного показателя у здоровых — (20,5±5,2) см2. Площадь волдыря, сформировавшегося при внутрикожном введении ацетилхолина в период обострения, составила в среднем (1,16±0,13) см3, в стационарно-регрессивной стадии-(1,29± ±0,23) см2 и при ограниченном нейродермите(1,09±0,20) см2. Аналогичные показатели были у здоровых лиц.

Наши исследования внутрикожных проб с серотонином и ацетилхолином выявили у больных нейродермитом различную реактивность мелких кожных сосудов артериального типа по сравнению со здоровыми лицами. Общая тенденция измененной реактивности характеризовалась сниженной способностью мелких артериальных сосудов кожи к дилатации. Такая особенность реактивности мышечной оболочки сосудов кожи больных нейродермитом смягчает действие на сосуды кожи серотонина и ацетилхолина. Мы изучали состояние вегетативной нервной системы у больных нейродермитом путем определения клинических признаков, характеризующих состояние симпатической или парасимпатической ее части (А. Н. Вейн, 1971). Из 58 больных бледность кожи в период активных клинических проявлений выявлялась у 24, склонность к покраснению — у 15; нормальная сальность кожи — у 39, повышенная — у 7; повышенная сухость кожи — у 37, нормальная влажность — у 6; уменьшенная саливация — у 33, а повышенная — у 8; не было зябкости кожи — у 36, была повышена- у 12 (при клиническом выздоровлении — соответственно у 13 из 14 и у 1 больного); хорошая переносимость холода-у 38, плохая — у II; ознобоподобный гиперкинез определялся у 26, отсутствовал — у 13; усиленный блеск глаз был у 31, тусклый-у 13. Головокружение наблюдалось у 13 лиц, непродолжительный и плохой сон — у 33, повышенная сонливость у 4; возбудимый, эмоциональный и раздражительный темперамент — у 31, вялый и малоподвижный — у 6.

Такие данные свидетельствуют о более высоком тонусе симпатической части вегетативной нервной системы. Большая выраженность зябкости при обострении кожного заболевания в сравнении с периодом улучшения и клинического выздоровления, а также повышенная потливость кожи перед развитием рецидива нейродермита и в период наибольшего обострения указывают на повышение тонуса парасимпатической части вегетативной нервной системы.

Довольно часто при нейродермите отмечается белый дермографизм, механизм которого связан с особенностями реакции капилляров кожи на механическое раздражение. Исследование различных форм дермографизма (белый, красный, возвышенный, рефлекторный) может иметьдиагностическое значение. В связи с активизирующим влиянием симпатической части вегетативной нервной системы на способность капилляров к сужению, а также с влиянием парасимпатической части на способность к расширению и усилению транссудации на основании анализа тупого дермографизма можно судить о преобладании влияния на сосуды кожи симпатической или парасимпатической части (А. Гринштейн, 1958).

В наших наблюдениях в период обострения у 30% больных выявлялся белый дермографизм, при этом у 25% он развивался непосредственно после механического раздражения кожи, у 4% — розовый дермографизм, быстро трансформировавшийся в белый, и у 1 % отмечался белый дермографизм с двумя розовыми полосами по периферии. Розовый дермографизм с двумя белыми полосами анемизации по периферии мы наблюдали в этот период нейродермита у 31% больных, бледно-розовый — у 27%, розовый-у 9% и красный — только у 3%. В период значительного улучшения и клинического выздоровления белый дермографизм наблюдался у 30% больных, розовый с двумя полосами анемизации по периферии — у 9%, бледно-розовый — у 13%, розовый — у 39% и красный — у 9%.

Из приведенных данных видно, что белый дермографизм одинаково часто возникал при обострении нейродермита и в период значительного улучшения и клинического выздоровления. Однако при обострении нередко перед появлением белого дермографизма выявлялась розовая полоса либо по периферии от него отмечались розовые полосы. К периоду наступления клинической ремиссии у больных чаще определялся розовый и красный дермографизм. Это свидетельствует об относительном ослаблении тонуса симпатической части вегетативной нервной системы при клинической ремиссии в сравнении с периодом обострения. При изучении в динамике биодозы ультрафиолетового облучения в период обострения и после выписки больных из стационара какой-либо характерной закономерности не выявлено: у 18 больных нейродермитом биодоза УФО снизилась, у 14 — не изменилась, у 14 — повысилась. Изменение биодозы УФО не было связано с результатом лечения.

При обострении нейродермита и в период клинической ремиссии удается отметить постоянно повышенный тонус симпатической части вегетативной нервной системы. Некоторые клинические наблюдения свидетельствуют об одновременном повышении тонуса парасимпатической части вегетативной нервной системы в период обострения..:

Наши исследования вегетативной нервной системы свидетельствуют о повышении тонуса парасимпатической части вегетативной нервной системы, являющегося, возможно, существенным звеном «поломки» в патогенезе заболевания. Для устранения отрицательного влияния гиперпарасимпатического состояния при обострении нейродермита, по-видимому, целесообразно назначать фармакологические средства, нормализующие тонус парасимпатической части вегетативной нервной системы в центральном и периферическом ее звеньях.

Обмен катехоламинов и состояние симпатической части вегетативной нервной системы при нейродермите, медиатором которой является сим-патин, изучены в достаточной степени. Симпатии представляет собой смесь промежуточных продуктов обмена адреналина (А. М. Утевский, 1954). Адреналин и норадреналин в отдельности и в сочетании не дают такого выраженного эффекта, который наблюдается при возбуждении симпатической части вегетативной нервной системы. Исследования Р. А. Соколинской (1964) показали, что симпатическая активность крови здоровых лиц зависит от «хромогенов», содержащих норадреналин, а неокисленный адреналин и его дегидроформы играют вспомогательную роль. Однако при некоторых патологических состояниях возрастает роль адреналина.

А. В. Логинов (1948) установил, что в коже больных накапливается значительное количество адреналиноподобных веществ, повышается реактивность сосудов кожи к адреналину. По данным А. И. Бринд (1963), при нейродермите наблюдается высокая возбудимость симпатической части вегетативной нервной системы. Экскрецию адреналина и норадреналина с мочой у больных нейродермитом исследовали А. Ф. Чистяков (1969), В. Ф. Майданюк (1971). При активных клинических проявлениях они обнаружили повышенное выделение норадреналина и снижение содержания адреналина с одновременным нарушением кровообращения в капиллярах. Во время приступа зуда наблюдалась высокая экскреция норадреналина; капилляры кожи в это время были в состоянии выраженного спазма. При улучшении и клиническом выздоровлении наблюдалась тенденция к ее нормализации. В период обострения ограниченного нейродермита экскреция адреналина не изменялась, экскреция норадреналина незначительно повышалась. Подобные результаты можно рассматривать как показатель функционального нарушения симпатико-адреналовой системы.

Д. В. Колосов и соавторы (1969) наблюдали у детей, больных нейродермитом, раздражение симпатической части вегетативной нервной системы с диссоциацией показателей состояния хромаффинного и симпатического отделов. При обострении заболевания коэффициент норадреналин — адреналин повышался с 2,7:1 до 9:1, а при улучшении состояния больных — снижался до 2,4:1. У детей с кожными проявлениями, аллергии (экссудативный диатез, экзема, нейродермит, крапивница) отмечались повышенная продукция и метаболизм катехоламинов с одновременным повышением реактивности симпатико-адреналовой системы.и более легкое освобождение из тканей физиологически активных веществ. Особенность процессов нейрогуморальной регуляции у них заключалась в повышении обмена противоаллергических веществ в условиях измененной чувствительности к ним исполнительных органов.

Эпикутанные пробы с адреналином мы проводили по методу Гурьева и соавторов (1966). Каплю 0,1% раствора адреналина втирали в кожу предплечья в течение 30 с. Из 47 лиц контрольной группы реакции на адреналин оказались отрицательными (у (40,4±7,1) %, сомнительными (Н-) — у (10,6±4,6) %, слабо положительными (1+) — у (25,5± ±6,3) %, положительными (2+) -у (17,0±5,5) % и резко положительными (3+) -у (6,4±3,5) %. Резко положительные и положительные эпикутанные пробы с адреналином у здоровых лиц выявлялись при выраженной сухости кожи и сниженной потливости. Мы провели у 97 больных эпикутанные пробы в период обострения нейродермита и часто отмечали резко положительные реакции — (48,4± ±9,0)% (Р<0,01) и резко отрицательные — (3,2±3,1) % (Р<0,01). В стационарной и регрессивной стадиях также часто определялись резко положительные реакции- (35,7+9,2) % (Р<0,01). Слабо положительные реакции наблюдались в стационарной и регрессивной стадиях реже, чем у здоровых-(3,6±3,7)% (Р<0,01). При сравнении кожных проб с адреналином в стадии обострения нейродермита и в стадии улучшения и клинического выздоровления отмечено у последних статистически достоверное преобладание отрицательных кожных проб — (25,0±8,2) %
(Р<0,02).

Ни у одного больного ограниченным нейродермитом не было выявлено резко положительных реакций, положительные отмечены у (37,5± ±12,5)% больных, слабо положительные — у (12,5±8,4)%, сомнительные у (18,7±10,1) %, отрицательные — у (25,0± 11,2) % и парадоксальная реакция-у 1 больного. Сосудистые реакции при ограниченном нейродермите статистически не отличались от показателей у здоровых лиц. Определенный интерес представляют показатели кожных проб с адреналином, проведенных в динамике у 12 больных нейродермитом. У 8 больных улучшение и клиническое выздоровление не сопровождались значительным уменьшением анемизации на месте воздействия адреналина (кожные пробы не изменились или из резко положительных стали положительными). Значительная негативная эпикутанных проб с адреналином отмечена лишь у 3 больных, 2 из них были выписаны в состоянии клинического выздоровления. У 1 больного, поступившего в клинику с экссудативной формой диссеминированного нейродермита и выписавшегося со значительным улучшением, наблюдалось нарастание анемизации кожи на месте воздействия адреналина (проба из слабо положительной трансформировалась в положительную). По-видимому, в острой стадии дерматоза анемизация кожи была ослаблена за счет сравнительно выраженной эритемы и отечности кожи.

При изучении эпикутанных проб с адреналином у больных нейродермитом выявлена выраженная тенденция мелких сосудов кожи артериального типа к спастическим реакциям. Периоды улучшения и клинического выздоровления при непродолжительном заболевании чаще сопровождались тенденцией к негативации кожных реакций на адреналин. Такая особенность реактивности мышечной оболочки сосудов кожи больных нейродермитом усиливает действие на них симпатина. Установлено, что у больных нейродермитом значительно нарушено функциональное состояние вегетативной нервной системы, что проявляется перманентно повышенным тонусом симпатической части и парасимпатическим пароксизмом в период обострения. Функциональные изменения нервной системы служат фоном, усиливающим выделение биологически активных веществ, которые способствуют развитию воспалительной реакции кожи.

Гистамин выявляется почти во всех органах и тканях организма, а также в физиологических и патологических жидкостях. Наиболее богаты гистамином у человека легкие, кожа и пищеварительная система. Высвобождение значительных количеств гистамина из связанного состояния происходит при взаимодействии антигенов с антителами. Гистамин способствует повышению проницаемости кровеносных капилляров, гидрофильности волокон рыхлой соединительной ткани, обусловливая отеки, участвует в патогенезе острого воспаления и аллергических реакций (М. Беленький, 1958; И. Л. Вайсфельд, 1967; Л. М. Ишимова, 1973). Важную роль выполняет он в развитии аллергических реакций немедленного типа, а при реакциях замедленного типа как медиатор имеет второстепенное значение (Я. Л. Бульвахтер, Н. Г. Акчурина, 1969).

При нейродермите О. В. Петрова (1968) отметила снижение уровня гистамина в крови больных, L. Tuhlin (1967) наблюдал повышение его. У 20 больных с выраженными экссудативными изменениями и зудом уровень гистамина в крови был повышенным, у 5 — соответствовал нормальному. У 4 больных со значительными инфильтративными изменениями кожи и слабо выраженным зудом он был снижен (Ю. К. Скрипкин и соавт., 1973). С. Р. Мардашев, Р. С. Бабаянц и соавторы (1972) наблюдали в коже больных нейродермитом выраженное снижение активности гистидазы, усиливающее эффект гистамина.
Важным показателем обмена гистамина является гистаминопексия сыворотки крови, характеризующаяся способностью белков сыворотки крови к связыванию свободного гистамина. Гистаминопексию при нейродермите исследовал В. И. Самцов (1968) и установил у больных значительное снижение этого показателя. Снижение содержания в крови больных нейродермитом противогистаминного фактора отметили А. А. Студницин и соавторы (1970), J. Benekens-Kastelyn (1965) и др.

Серотонин, как и гистамин, является важнейшим медиатором воспаления. Значение его в аллергических реакциях окончательно не установлено. По мнению М. Rocha e Silva (1955), при реакции антиген — антитело выделяется до 15 биологически активных веществ, в том числе гиста.мин, серотонин, ацетилхолин, брадикинин и другие. В тканях серотонин депонируется базофильными гранулоцитами. Впервые наличие серотонина в базофильных гранулоцитах установил A. Enerback (1963), что было подтверждено исследованиями Г. Н. Поповой, Н. В. Медуницина и соавторов (1969). В. В. Кулага (1972) наблюдала высокое содержание серотонина в коже человека. Д. В. Колесов и соавторы (1969), А. В. Кузнецова (1969) отмечали у больных детей в период клинических проявлений повышенный уровень серотонина в крови. Экскреция 5-оксииндолуксусной кислоты (5-ОИУК) с мочой повышалась у детей, больных астмой. В период улучшения состояния больных экссудативным диатезом уровень серотонина в крови снижался, а у больных экземой — повышался. В. П. Волков (1963) наблюдал у 12 больных нейродермитом некоторое снижение уровня серотонина в крови до лечения; в моче содержание его не изменялось. И. Я. Шахтмейстер и соавторы (1965) исследовали у больных нейродермитом экскрецию 5-ОИУК при нагрузках АКТГ и гидрокортизоном.

Выделение этого метаболита серотонина с мочой у больных оказалось в норме, а после нагрузки кортизоном экскреция возрастала. В распаде серотонина может принимать участие комплекс меди с а2глобулином — церулоплазмин, активность которого при нейродермите исследовали Ю. К. Скрипкин и соавторы (1971). Оксидазная активность церулоплазмина при нейродермите несколько снижена в сравнении с таковой у здоровых лиц. В период обострения при выраженной воспалительной реакции кожи у больных определялся высокий уровень серотонина в крови-(0,283± ±0,077) мкг/мл (Р<0,05) и отмечалась тенденция к снижению его в пораженной коже-(0,075±0,015) мкг/г. У больных с менее выраженным воспалительным компонентом пораженной кожи в крови отмечался низкий уровень серотонина в крови-(0,028±0,004) мкг/мл (Р<0,01), а в пораженной коже — высокий-(0,616±0,049) мкг/г (Р<0,01).

Количество серотонина в перифокальнои коже больных не отличалось от такового у здоровых. Так, при экссудативной форме нейродермита наблюдался высокий уровень серотонина в крови и низкий в коже. У больных без резко выраженной воспалительной реакции кожи содержание серотонина в коже было повышено, в крови — снижено.

В процессе распада серотонина происходит окислительное дезаминирование с участием фермента моноаминоксидазы до неактивного продукта- 5-ОИУК с мочой. По мнению Т. Пасхиной (1963), по количеству 5-ОИУК в моче можно судить об интенсивности распада серотонина. В первые 2-3 дня обострения нейродермита экскреция 5-ОИУК снижалась (1,61±0,21) мг/сут (Р<0,01), затем возрастала и оставалась на высоком уровне в течение продолжительного периода (4,10±0,25) — мг/сут.

В острый период нейродермита отмечалась тенденция к повышению активности моноаминоксидазы (МАО) в пораженной коже (1,58 ± ±0,42) мкмоль. (Исследование активности МАО мы проводили совместно с В. П. Васильевым). Такие показатели в период обострения нейродермита характеризуют усиленный распад серотонина с одновременно повышенным его содержанием в крови больных как с выраженной, так и менее значительнойвоспалительной реакцией кожи. О нарушениях в обмене серотонина свидетельствуют и содержание базофильных гранулоцитов и серотонинопексия. В. В. Меньшиков и соавторы (1967) высказывают мнение о возможности поступления серотонина в пораженную кожу вследствие усиленной дегрануляции базофильных гранулоцитов. При изучении теста дегрануляции гранулоцитов крыс после воздействия сыворотки крови больных распространенным нейродермитом в острый и стационарный периоды мы выявляли: повышенную способность сыворотки крови дегранулировать базофильные гранулоциты (13,7±2,4) % (Р<0,01).

Как свидетельствуют результаты гистопатологических исследований, проведенных нами совместно с Кулигиным, в коже больных было повышено содержание базофильных гранулоцитов с дегрануляцией, при значительной воспалительной реакции — понижено. У больных выявилась ослабленная способность белков сыворотки крови связывать свободный серотонин (Р<0,01) в сочетании с неизмененной серотонинопексией экстрактов пораженной кожи.

При обострении нейродермита повышению содержания серотонина способствует несколько факторов: реакции, протекающие в пораженной коже с выделением серотонина, сниженная способность белков сыворотки крови связывать свободный серотонин и усиленная дегрануляция базофильных гранулоцитов кожи с выделением свободного серотонина вследствие повышения деполяризующей способности сыворотки крови.

По-видимому, эти патогенетические факторы принимают большое участие в развитии клинических проявлений нейродермита. Выделение свободного серотонина из базофильных гранулоцитов в соединительную ткань кожи, возможно, связано с ее морфологической деструкцией, проявляющейся мукоидным набуханием и фибриноидным изменением (И. Я. Шахтмейстер, А. А. Рогов, 1963).

В стационарный период содержание серотонина в крови у большей снижалось (0,028±0,0005) мкг/мл (Р<0,01), в пораженной коже имело тенденцию к нормализации, в перифокальной коже было в пределах нормы. При этом наблюдались повышенная экскреция с мочой 5-ОИУК- (4,10±0,25) мг/сут (Р<0,01) и активность МАО пораженной кожи-(1,58±0,42) мкМоль. Сыворотка крови больных обладала усиленной дегранулирующей активностью к эндогенным базофильным гранулоцитам кожи крыс. В пораженной коже определялась повышенная дегрануляция базофильных гранулоцитов. Способность белков Сыворотки крови к связыванию серотонина продолжала оставаться сниженной.

В стационарный период нейродермита уровень серотонина в крови был снижен. В пораженной коже наблюдалась тенденция к его нормализации, что может свидетельствовать об угнетении обмена серотонина. Однако при исследовании других составных обмена выявлена повышенная активность процессов окислительного дезаминирования, свидетельством которой были избыточная экскреция с мочой 5-ОИУК и тенденция к повышенной активности МАО в пораженной коже. Повышенная способность сыворотки крови больных дегранулировать базофильные гранулоциты крыс указывала на предпосылку к высвобождению значительного количества серотонина. Подтверждением этого является значительная дегрануляция базофильных гранулоцитов в пораженной коже.

К патологическим изменениям в обмене серотонина в стационарный период нейродермита, с нашей точки зрения, относятся повышенная способность сыворотки крови больных дегранулировать базофильные гранулоциты и сниженная способность белков сыворотки крови к связыванию ссротоннна.

Однако уже в период обострения, за исключением нескольких первых дней, организм путем нейрогуморальной регуляции включает компенсаторные механизмы, способствующие инактивации серотонина. При этом усиливается активность окислительного дезаминирования, разрушающего свободный серотонин до неактивного продукта 5-ОИУК. Этот механизм защиты ослабляет патогенетическое действие серотонина и в некоторой степени компенсирует состояние организма. Такие нарушения в обмене серотонина определяются в процессе течения нейродермита.

При сопоставлении различных показателей обмена серотонина выявлена более выраженная компенсация в стационарный период по сравнению с периодом обострения. Повышенная активность процессов окислительного дезаминирования приводила к снижению содержания серотонина в крови в результате значительной интенсивности процессов его разрушения. При уменьшении явлений нейродермита наблюдалась нормализация содержания серотонина в крови (0,003±0,005) мкг/мл (Р<0,01), содержания серотонина в пораженной коже, экскреция 5-ОИУК с мочой кратковременно снижалась до (2,02±0,17) мг/сут (Р<0,02); активность МАО пораженной кожи была ослаблена (0,22±0,12) мк Моль NFh/r; (P<0,02); способность сыворотки крови дегранулировать базофильные гранулоциты относительно уменьшилась(4,5+1,1)% (Р<0,01). Морфологическое состояние базофильных гранулоцитов пораженной кожи соответствовало норме, а способность белков сыворотки крови к связыванию свободного серотонина нормализовалась при обычных формах дерматоза и продолжала оставаться резко ослабленной притяжелом течении диффузного нейродермита. В этот период определялась выраженная тенденция к нормализации обмена серотонина. Параллельно с некоторым ослаблением активности процессов разрушения серотонина наблюдалась тенденция к нормализации его уровня в крови и нормализация в коже; отмечалось повышение способности белков сыворотки связывать серотонин.

Некоторое снижение активности процесса окислительного дезаминирования у больных в период улучшения и значительного улучшения мы склонны расценивать как реакцию на отмечавшийся ранее низкий уровень серотонина в крови. В связи с этим активность обмена серотонина несколько снижена, что является, по-видимому, результатом кратковременной избыточной компенсации.

При клиническом выздоровлении больных нейродермитом обмен серотонина нормализовался. Содержание серотонина в крови, а также в пораженной и перифокальной коже было нормальным; суточная экскреция с мочой 5-ОИУК и способность белков сыворотки крови связывать серотонин соответствовали таковым у здоровых лиц. Однако даже при клинической ремиссии выявлялось некоторое повышение дегранулирующей способности сыворотки крови по отношению к базофильным гранулоцитам. У больных с тяжелыми формами диффузного нейродермита определялась сниженная способность белков сыворотки крови к связыванию серотонина. По-видимому, это связано с тем, что даже после продолжительного и полноценного лечения у больных не наступило полной морфологической и функциональной нормализации состояния кожи.

Изменение одних компонентов обмена серотонина имеет, с нашей точки зрения, патогенетическое значение и способствует развитию клинических симптомов нейродермита, а изменение других — является результатом защитно-приспособительной реакции, направленной на нормализацию обмена.

Обострение нейродермита связано с повышенным накоплением серотонина в крови и пораженной коже, усилением способности сыворотки крови дегранулировать базофильные гранулоциты кожи, снижением ее способности связывать серотонин и кратковременным ослаблением активности процесса окислительного дезаминирования. Защитно-компенсаторной реакцией организма является, видимо, ослабленная сосудистая реакция кожи на внутрикожное введение серотонина.

В стационарный период развитию заболевания способствуют повышенная способность сыворотки крови дегранулировать базофильные гранулоциты кожи, сниженная способность белков сыворотки крови к связыванию серотонина. Компенсаторные реакции организма проявляются повышенной экскрецией с мочой 5-ОИУК и активностью МАО пораженной кожи. Патогенетическим фактором при уменьшении высыпаний является ослабление сосудистых реакций кожи на серотонин в условиях сниженного его содержания в крови и нормального в пораженной коже. У больных с массивными, тяжело протекающими формами нейродермит в период значительного улучшения выявляются повышение способности белков, сыворотки крови дегранулировать базофильные гранулоциты кожи, ослабление кожных сосудистых реакций на серотонин, и снижение способности белков связывать свободный серотонин. Кратковременное ослабление экскреции с мочой 5-ОИУК и снижение моноаминоксидазой активности кожи мы расцениваем как результат избыточной компенсации.

При клиническом выздоровлении отмечено некоторое повышение дегранулирующей способности сыворотки крови по отношению к базофильным гранулоцитам, снижение сосудистых реакций кожи на серотонин и ослабление способности белков сыворотки крови связывать свободный серотонин. В период клинической ремиссии у больных нормализовалось состояние других компонентов обмена серотонина.

Можно полагать, что при нейродермите отмечаются вторичные гуморальные нарушения вследствие воспаления и аллергических реакций, диссекреторньй тип расстройств, связанный с повышенным выделением серотонина, и диссенситивный, проявляющийся сниженной чувствительностью клеточных реактивных структур сосудов кожи к действию серотонина.

Брадикинин является одним из биологически активных веществ, выделяющихся при аллергических реакциях и принимающих участие в воспалении (А. Д. Адо, 1973). Предшественниками кининов являются кининогены. Ферменты, освобождающие кинины из кининогена, носят название кининогеназ, разрушающие эти вещества ферменты — кининаз (П. Я. Гапонюк, В. И. Ойвин, 1971; Б. В. Полушкин и соавт., 1972; М. RochaeSilva, 1960, 1963). В настоящее время придается важное значение биологически активным полипептидам в развитии реактивности кожи (G. Stultgen, 1965). Лишь в единичных работах можно найти указание на состояние кининовой системы при нейродермите. A. Epstein, F. Winkelmann (1967) исследовали содержание свободных кининов в перфузате из кожи, которую предварительно подвергали ультрафиолетовому облучению. Оказалось, что после облучения перфузаты из кожи больных не содержали свободных кининов, а в перфузатах из кожи здоровых людей они выявлялись уже через 21 мин. Площадь эритемы при внутрикожном введении брадикинина больным нейродермитом в динамике лечения изучали S. Borelli и соавторы (1967), которые после курса терапии отмечали ее заметное уменьшение. Мы определяли у больных нейродермитом содержание кининогена в крови, а также кининазную активность крови и кининоразрушающую способность пораженной кожи. В период обострения с наиболее выраженными клиническими признаками воспаления кожи отмечалось значительное повышение уровня кининогена в крови.

С уменьшением острых воспалительных явлений наблюдалось снижение кининогена в крови до нормального уровня. Количество кининогена: в крови у больных нейродермитом в острый период без значительных воспалительных явлений, а также в стационарный период достоверно отличалось от такового у больных с резко выраженными признаками воспаления кожи (Р<0,01). Установлена зависимость между развитием воспаления кожи в период обострения и высоким содержанием кининогена в крови.

При регрессе высыпаний, улучшении и клиническом выздоровлении больных вновь происходит некоторое повышение уровня в крови до (7,44+0,57) мкг/мл (Р<0,02), но не у всех больных, однако статистический анализ свидетельствует о его достоверности.

Особый интерес представляет определение кининогена крови, проведенное у 17 больных в динамике. При повторных исследованиях в острый период и при улучшении выявлено снижение содержания кининогена в крови у 8 больных, у 1 больного оно не изменилось, у 2 — больных повысилось.
\

Кининазная активность крови, в значительной степени определяющая содержание и продолжительность действия кининов в крови и тканях, была нами исследована у 44 больных и у 15 здоровых лиц. У последних активность кининазы плазмы крови составляла в среднем (16,92±2,24) нг брадикина /0,01 мл плазмы/мин. В острый период нейродермита отмечалось ее снижение до (7,38±1,80) нг /0,01 мл плазмы/мин (Р<0,01), в стационарной стадии — некоторое повышение — (14,06±0,46) нг /0,01 мл плазмы/мин, что почти соответствовало показателю у здоровых лиц (Р>0,05).

Периоды регресса высыпаний, улучшения и клинического выздоровления сопровождались ослаблением активности кининазы, однако статистически достоверного различия по сравнению с таковой у здоровых лиц отмечено не было. Дополнительно мы провели в динамике исследование активности кининазы плазмы крови у 11 больных с тяжелыми формами диффузного нейродермита, резистентными к лечению, со значительной инфильтрацией и лихенификацией кожи, с частыми и продолжительными рецидивами. В 15 случаях активность плазменной кининазы оказалась сниженной до (9,59±2,13) нг брадикинина /0,01 мл плазмы/мин (Р<0,01), что свидетельствует о глубоких нарушениях в кининовой системе у больных с тяжелыми формами нейродермита.

Кининоразрушающая способность кожи является дополнительным тестом, характеризующим состояние кининовой системы при кожных заболеваниях. В условиях патологии эффект брадикинина может зависеть от изменения активности кининаз как крови, так и кожи. Кининоразрушающая способность кожи выражена в процентах инактивированного брадикинина на 25 мг массы кожи при инкубации в течение 30 мин. У здоровых лиц она составила в среднем (15,70±8,04) %, у больных нейродермитом в период обострения не изменялась. Лишь только при регрессе высыпаний, улучшении и клиническом выздоровлении отмечалось более значительное повышение кининазной активности до (43,60± 9,20) °/о (Р<0,05) по сравнению с периодом обострения (Р<0,01).

По-видимому, это является защитным фактором организма, способствующим нормализации содержания брадикинина в крови и коже. Наибольшую информацию о состоянии кининовой системы удается получить при изучении содержания свободных кининов (А. М. Чернух и О. А. Гомазков, 1976). В период обострения в крови у больных выявлено его повышение до (5,69+0,19) нг/мл (Р<0,01); у здоровых — (4,60±0,21) нг/мл. С уменьшением воспалительной реакции кожи в стационарный период мы наблюдали лишь тенденцию к повышению содержания свободных кининов.

У больных нейродермитом со вторичной эритродермией постоянно отмечалось сниженное содержание свободных кининов-(2,81±0,57) нг/мл (Р<0,11). При резко выраженном зуде оно статистически достоверно превышало (5,84±0,36) нг/мл (Р<0,01) показатель у больных с умеренным либо слабым зудом- (4,02±0,21) нг/мл. Установлена четкая зависимость содержания свободных кининов от остроты воспалительного процесса кожи, а также от степени выраженности зуда. По кожным сосудистым реакциям определяют состояние брадикинин-реактивных структур мышечной оболочки сосудов кожи. При интрадермальном введении 7,5 мкг брадикинина у больных в период обострения выявлено резкое ослабление кожных сосудистых реакций — (9,22± ±1,36) сд. кор. д. (Р<0,01); у здоровых — (22,25±1,75) ед. кор. д. В стационарный период кожные реакции имели некоторую тенденцию к нормализации, однако сохранялись стойко ослабленными- (14,70± ±1,35) ед. кор. д. (Р<0,01). При улучшении и клиническом выздоровлении тенденция к нормализации кожных реакций становилась еще более выраженной, но они продолжали оставаться ослабленными.

Нам удалось установить активацию кининовой системы в острый и стационарный периоды нейродермита — повышение содержания в крови свободных кининов и кининогена (в 1,2 и 2,2 раза соответственно), снижение активности плазменной кининазы (в 2,3 раза) и сосудистой реактивности кожи на брадикинин (в 2,4 раза). На 45% повышен уровень свободных кининов в крови у больных с резко выраженным зудом по сравнению с таковым у больных с незначительным зудом. О патогенетической роли брадикинина в развитии клинических проявлений нейродермита (зуд, папулезные высыпания, эритема, отечность) свидетельствуют повышенное содержание свободных кининов в крови (в 1,5 раза), а также зависимость физиологических реакций и клинических признаков болезни. При генерализованном поражении кожи и выраженной воспалительной реакции (вторичная эритродермия) содержание свободных кининов крови снижалось на 39%.

ОПТ.СМН.30.09.15.г.


Комментарии закрыты.



Thanx:
Яндекс.Метрика