CqQRcNeHAv

Силецкий Олег Яковлевич врач — психиатр

title-220x300Книга » История кафедры психиатрии Ростовского государственного медицинского университета » ( Бухановский А.О., Солдаткин В.А.)

Доцент Силецкий Олег Яковлевич , без сомнения, один из авторитетнейших представителей ростовской университетской психиатрии. Трудно перечислить всех психиатров, которые считают его своим Учителем. Так же трудно представить кафедру психиатрии без него… Олег Яковлевич вспоминает:

— Я родился 17 января 1933 г. в семье учителя. Мой отец, Силецкий Яков Григорьевич, был сыном священника, работал учителем истории в школе, в последние годы — в Институте повышения квалификации учителей.

Силецкий Олег Яковлевич

Силецкий Олег Яковлевич врач — психиатр

О.К. Труфанова

В детстве мне пришлось перенести все тяготы войны: бомбежки, оккупацию, голод. После освобождения Ростова я пошел в школу, сразу во второй класс. Учился успешно, увлекался акробатикой, выступал на сцене в пирамидах, в смешанной паре. Впоследствии получил I разряд по спортивной акробатике.

В школе меня не хотели принимать в пионеры, так как в возрасте девяти лет я находился в оккупации. Так я не стал ни пионером, ни комсомольцем. Учился в музыкальной школе по классу фортепиано.

В 1951 г. Силецкий Олег Яковлевич  поступил в медицинский институт, сдав вступительные экзамены на «отлично». Выбору профессии способствовала трагедия в семье: в 1950 г. мой старший брат в возрасте 19 лет умер от скоротечной чахотки. В 1957 г. я с отличием окончил медицинский институт.

С 4-го курса увлекся хирургией. Часто ассистировал хирургам, на практике самостоятельно делал грыжесечение и другие операции. Когда началось изучение психиатрии, меня поразила светлая личность профессора Н.Н. Корганова на фоне тяжелых психически больных (тогда ведь не было психотропных средств).

Я пошел в кружок психиатрии, стал старостой, участвовал в осмотрах и обходах профессора. Н.Н. Корганов разрешил мне, студенту 6-го курса, работать в клинике и вести истории болезни как клиническому ординатору. Оформлять истории болезни мне помогала Д.А. Цацак. В то время интернатуры не было.

По окончании мединститута в 1957 г. меня направили в область врачом-терапевтом, но я отказался. Помог профессор Н.Н. Корганов, благодаря которому я получил направление в Новочеркасскую психбольницу. Главный врач направил меня в филиал в хуторе Малое Мишкино, где я работал в женском отделении, рассчитанном на 124 тяжелых беспокойных хроника.

По заданию облздравотдела и по поручению главного врача я вывез из Новочеркасской психбольницы хроников и заполнил ими образовавшиеся Усть-Быстрянскуто и Гуковскую психбольницы. Впоследствии я был консультантом в этих больницах. В отделении, где не осуществлялась активная терапия, я организовал палату для проведения инсулинокоматозной терапии. Как я уже говорил, психо-тропных средств тогда не было, и только в 1959 г. началось лечение аминазином.

С 1960 г. стала внедряться трудотерапия (благодаря Э.П. Баяджану, который организовал лечебно-трудовые мастерские). Вместе с ним я распространял опыт трудотерапии в психбольницах Ростовской области. Доходы лечебнотрудовых мастерских шли на расширение производства и улучшение жизни психически больных.

Так, Э.П. Баяджан построил отделение для работающих психически больных за хутором Малое Мишкино. Позднее, благодаря его хлопотам, в том населенном пункте была учреждена остановка электропоезда. Со временем этот филиал Новочеркасской психбольницы получил статус судебного отделения. На средства мастерских Э.П. Баяджан восстановил разрушенный войной корпус детского инфекционного отделения ЦГБ в Ростове-на-Дону, который стал Областным психоневрологическим диспансером.

Работая в психиатрическом отделении, я готовил себя к педагогической деятельности: организовал курс обучения медсестер психиатрии, демонстрировал различные формы шизофрении и эпилепсии, прогрессивного паралича, травматических и других психических заболеваний.

В 1961 г. я познакомился с профессором Ю.С. Николаевым. Он пригласил меня на полставки ассистента, и 17 сентября 1962 г. я приступил к работе преподавателя на кафедре психиатрии Ростовского мединститута.

Профессор Ю.С. Николаев стал вторым моим учителем после Н.Н. Корганова. Он был прост, откровенен, честен. Внедряя лечебное голодание, он личным примером доказывал безвредность и эффективность этого метода при лечении различных соматических и психических заболеваний. С коллективом у него сложились прекрасные отношения.

Он «без нажима» подвигнул меня начать научную работу «Лечение шизофрении дозированным голоданием». Параллельно я работал в лечебно-трудовых мастерских, а в 1962 г. получил предложение организовать и возглавить городскую психиатрическую ВТЭК. Так я стал первым председателем психиатрической ВТЭК г. Ростова-на-Дону.

До этого ростовские больные обследовались в областной психиатрической ВТЭК, где председателем была Е.С. Ермакова. В 1963 г. я выступил на заседании «Всесоюзного общества невропатологов и психиатров» в Москве с докладом «Комплексное лечение аминазином и трудом затяжных форм шизофрении», где обобщил опыт работы в Новочеркасской психбольнице.

С 1963 г. заведовать кафедрой психиатрии Ростовского мединститута стал М.П. Невский. Он продолжил изучение метода лечебного голодания, начатого Ю.С. Николаевым.

В 1968 г. я защитил кандидатскую диссертацию на тему «Эозинофильные реакции и фагоцитарная активность у больных шизофренией в процессе лечения дозированным голоданием». Я изучал реакции стресса у больных шизофренией. Это был трудный и интересный период работы на кафедре.

Профессор М.П. Невский придавал слишком большое значение экзогенным факторам психических заболеваний (инфекции, интоксикации, травмам, психогении) и часто ставил диагнозы вторичных энцефалитов, посттравматических и других экзогенных психозов больным шизофренией.

У меня был другой клинический опыт. В Новочеркасской психбольнице я неоднократно получал истории болезни, в которых при первичном поступлении ставился диагноз экзогенного заболевания, а в последующих госпитализациях выявлялась шизофрения.

Профессор Н.П. Невский организовал систематические еженедельные клинические конференции, где проводилась дифференциальная диагностика трудных случаев. Появилось большое количество больных со вторичными энцефалитами, но с клинической картиной галлюцинаторнобредовых и других состояний, типичных для шизофрении.

Я выступал, отстаивая эндогенную природу этих заболеваний. Катамнез этих больных подтверждал диагноз шизофрении. Тем не менее, профессор упрямо продолжал диагностировать вторичные энцефалиты. Противоречия в диагностике привели к напряженным отношениям между мною и М.П. Невским.

В то же время поиск органического поражения мозга привел к повышению уровня клинического мастерства. Мы все научились делать люмбальные пункции, инсуфляцию воздуха с последующей пневмоэнцефалографией. Я познакомился с работами Г.А. Вилкова по экспериментально-аллергическому энцефалиту (ЭАЭ).

Г.А. Вилков сообщил мне, что ЭАЭ является моделью рассеянного склероза, в развитии которого ведущую роль играет аутоиммунный процесс. По мнению Г.А. Вилкова, шизофрения может иметь подобный патогенез.

Я стал исследовать кровь больных шизофренией. По показателям каллекреин-кининовой системы можно было судить об остроте нейроаллергического процесса, показатели нейротропной активности сыворотки крови свидетельствовали о направленности нейроцитотоксинов к серому веществу и глубоким структурам головного мозга.

Совместно с Г.А. Вилковым и другими сотрудниками ЦНИЛ мною получены три авторских свидетельства об изобретении и опубликовано семь научных статей. В 1984 г. я был награжден значком «Изобретатель СССР».

Исследования в ЦНИЛ ликвора больных показали, что в развитии психопатологической симптоматики и атрофии мозга этих больных нейроцитотоксины играют важную роль, и это необходимо учитывать при разработке способов терапии этого заболевания. В острых случаях шизофрении проведение спинномозговой пункции и инсуфляции воздуха приводили к быстрому улучшению, правда, эффект был недолгим.

История кафедры психиатрии РостГМУ.
От Императорского Варшавского университета до наших дней

Профессор Г.А. Вилков останавливал развитие ЭАЭ внутривенными инъекциями унитиола. Он предлагал использовать унитиол при рассеянном склерозе и шизофрении.

Я стал применять этот метод и убедился в его эффективности, особенно в острых состояниях. Докладывал об этом способе лечения на обществе психиатров, после чего многие врачи-психиатры стали широко использовать унитиол.

Когда заведовать кафедрой стал В.М. Коваленко, я познакомился с идеями академика Г.Н. Крыжановского и стал использовать комплекс «бутерофеноны + бензодиазепины + литий» в амбулаторном лечении бредовых больных.

Под руководством Г.Н. Крыжановского участвовал в создании методических рекомендаций по применению этого комплекса в амбулаторных условиях. Написал брошюру для родственников больных «Если в доме психически больной».

До 1970 г. я вел практические занятия со студентами на всех факультетах. В 1970 г. я стал доцентом и систематически читал лекции для студентов всех факультетов, а также на ФУВ. Участвовал в выездных циклах ФУВ (в Ейске, Краснодаре, Хосте). Читал лекции для студентов I курса «Введение в специальность».

Подготовил программу и методические рекомендации по курсу медицинской психологии, вел практические занятия и лекции по медпсихологии на II курсе. Прошел специализацию по сексологии и сексопатологии в г. Харькове. Читал лекции на ФПК по сексологии (руководитель — доцент Л.А. Коган). Был руководителем студенческого научного кружка. Многие кружковцы стали хорошими врачами-психиатрами и сотрудниками кафедры.

В 1980-1990-х гг. занимался изучением применения БАДов, демонстрировал случаи значительного улучшения от использования «Гинкго билоба» и комплекса нейропептидов «Биолан». «Биолан» помогал купированию абстиненции у алкоголиков, улучшал состояние больных шизофренией в неустойчивой ремиссии.

Я демонстрировал больного с корсаковским психозом, который полностью восстановился от применения дельторана (пептид дельта-сна). В качестве дополнения к основному лечению я также использовал аминокислотные комплексы «Авитон» и «Амитон». Профессор А.О. Бухановский с интересом относился к моему опыту применения БАДов.

За все время работы на кафедре я активно занимался общественной работой: член КПСС с 1960 г. С 1967 г. почти постоянно избирался в партбюро факультета, был заместителем секретаря партбюро лечфака, членом парткома ло культурно-массовой работе.

Активно участвовал в работе общества «Знание», подготовил методические материалы в помощь лектору об алкоголизме и наркоманиях. Награжден медалью «За доблестный труд» в честь 100-летия со дня рождения В.И. Ленина, Почетными грамотами Кировского РК КПСС, парткома и профкома мединститута.

Наибольшую активность я проявлял в вокальном творчестве. Совместно с доцентом Ю.А. Кутявиным и врачом — психиатром Т.И. Какаулиной мы организовали вокальный коллектив, названный впоследствии «Психотропинка», так как после концертов перед больными отмечалось улучшение их психического состояния.

Коллектив дополнялся пианистом. Вначале это была студентка Г.А. Джинибалаева, затем врач-психиатр Т.А. Чалова, потом преподаватель музыкальной школы Л.А. Золотухина. Кроме того, в коллектив влились поющие врачи — Н.В. Новосядлая и Р.В. Павлова. Я составлял программы концертов, иногда привлекал психотерапевта М.Е. Литвака. Он комментировал концерт под названием «Любовь и неврозы».

Коллектив выступал перед больными психиатрической клиники и врачами ФУВ. Каждый цикл ФУВ заканчивался творческим вечером «Донские встречи», в которых врачи участвовали, как в театральных капустниках. Ведущую роль в них играл доцент Ю.А. Кутявин. В организации и режиссуре ему помогал В.Л. Капустянский.

Я занимался у преподавателей вокала, участвовал в оперных спектаклях Донской консерватории. В последнее время вхожу в коллектив «Кантилена» в клубе «Досуг». Вместе с преподавателями консерватории Н.А. Мещеряковой и Э.А. Рабинович выступал с тематическими концертами в Таганроге, Азове, Пятигорске, Москве (в доме Шаляпина).

В связи с необходимостью ухаживать за престарелой матерью (ее возраст — 90 лет, а состояние было отягощено переломом шейки бедра) я прекратил работу доцента в 2001 г., а в 2004 г. полностью ушел на пенсию. Главный психиатр Ростовской области И.В. Бакуменко предоставил мне возможность консультировать амбулаторных больных в рамках областного психдиспансера.

Продолжаю заниматься вокалом, регулярно выступаю в районных культурных центрах пенсионеров г. Ростова-на-Дону. За активную творческую деятельность в 2009 г. получил звание «Заслуженный деятель Всероссийского музыкального общества». В 2011 г. стал победителем международного фестиваля-конкурса сценического искусства «Южная Звезда».

Свое 80-летие в 2013 г. отметил сольным концертом и, по приглашению пианиста — профессора Ю.К. Минасова, выступлением в консерватории.

 

ОПТ ЕТ 31.01.2016


Комментарии закрыты.



Thanx:
Яндекс.Метрика